Samara Portal Technology, Computers

Самарский портал "Технологии, компьютеры"

…разработчики предложили куратору от НКВД (он визировал все существенные изменения) заменить вспомогательный двигатель на бомбардировщике с двухтактного на четырехтактный. Тот подумал и сказал – «Может, не будем сразу так рисковать и поставим трехтактный?»
Мемуары о туполевской шараге

Эту легенду о трёхтактном двигателе мне приходилось слышать неоднократно. Инженеры, пересказывающие её, всегда как-то акцентируют внимание на профессиональной непригодности тех, кто оказался у руля. И это правильно, действительно, трудно вспомнить фамилию человека, создавшего у нас направление или фирму и не оказавшимся потом на десятых ролях или не свернувшим себе шею (1). Но сейчас речь не об этом. Если есть домашние тапочки, то должны быть и дикие (2), если есть двухтактный и четырёхтактный двигатель, то должно быть и промежуточное звено в виде двигателя трёхтактного.

Можно сказать, что трёхтактный двигатель – это пример формальной интерполяции (3) без эмпирических знаний о предмете.

Теперь оглянемся назад. Теплоёмкость и теплопроводность люди научились понимать очень давно, не могли не научиться. Потом научились это измерять. Единственным отличием от нынешнего понимания тепловых явлений была одна мелочь: тепло переносилось и аккумулировалось специальной жидкостью – теплородом. Теплород долгое время был своего рода содержимым «чёрного ящика». Этим термином принято обозначать объект, свойства которого частично известны, а вот что «внутри» - нет. Потом оказалось, что этим «содержимым» является энергия молекул вещества, однако, никакого пересмотра уже изученных явлений это новое знание не вызвало. Даже термины «теплоёмкость» и «теплопроводность» остались неизменными. История не донесла до нас философских споров по этому поводу: учёные просто изучали то, что видели. А то, что до поры до времени не было известно, часто отдавалось на откуп богу. В смысле: «А бог его знает».

Второй эпизод значительно интереснее. Известно, что свет наряду с корпускулярной, имеет и волновую природу. Дифракция, интерференция, эффект Доплера не вызывают в этом никаких сомнений. Но волна или колебания должны иметь среду для своего распространения. Звуковые волны – это колебания воздуха, а световые волны – это колебания чего? И так же, как для тепла был придуман «чёрный ящик» теплород, так для света был придуман эфир. Не тот «эфир», который вместе с «голубым экраном» является образным выражением, а строгий термин, обозначающий физическую среду для распространения световых волн. В этом эфире летит наша планета. И вот в 1882 году Майкельсон и Морли решили измерить скорость эфирного ветра. Опять простая логика: если есть ветер от среды распространения звуковых волн, то такой же ветер должен быть и от среды распространения волн световых. Нет смысла описывать здесь подробности проведения эксперимента, скажу только, что никакого ветра они не обнаружили. Сначала это даже не вызвало сильной реакции коллег: бывает, ошиблись в проведении эксперимента, или приборы были недостаточно точными. Однако последующие проверки только подтверждали отсутствие эфирного ветра, и это надо было как-то объяснять. Факты нагло противоречили теории. Эрнст Мах высказался в том духе, что верить надо фактам, Лоренц вывел свои знаменитые преобразования, а Эйнштейн в 1905 году создал теорию относительности, в которой этот эфир и похоронил. А теперь внимание, с этого места читайте помедленнее. В 1909 году издание «Звено» выпускает книгу В.И. Ленина «МАТЕРИАЛИЗМ И ЭМПИРИОКРИТИЦИЗМ», написанную во второй половине 1908 года. Про Эйнштейна там ни слова, а вот Маху достаётся по полной программе. «Электромагнитная теория света доказала, что свет и электричество суть формы движения одного и того же вещества (эфира)… Колебания эфира существуют независимо от наших ощущений света», - пишет Ильич. Тот же самый подход человека, который свой «здравый смысл» считает выше знания предмета. Любопытно то, что теория вождя мирового пролетариата изучалась во всех советских ВУЗах параллельно с теорией относительности и без всякой связи с ней.

Что же мы видим? В обеих ситуациях оказалось, что для науки нет ничего страшного в существовании «чёрных ящиков». И законы теплоты, и законы света от присутствия теплорода или эфира никак не пострадали. Попытка засунуть все факты в прокрустово ложе своих представлений, с непременным поношением оппонентов есть позиция антинаучная, подходящая только для создания догматического учения. Люди, занимающие позицию научную, говорят: мы не понимаем (пока), как колебания могут распространяться «ни в чём», но эксперимент доказывает именно это и мы должны это принять. Для Маха, который много сделал в науке (4), сказать так было совсем не стыдно.

Эти примеры представляют интерес в свете поиска промежуточных форм сторонниками эволюционного учения. Идея такова: каждая промежуточная форма уменьшает шаг интерполяции и подкрепляет эволюционную теорию новым доказательством. Однако следует отметить, что создание и развитие (эволюция, оптимизация) – это совершенно разные процессы.

К сожалению, вернуться на машине времени назад и посмотреть, как это было на самом деле, у нас не получится. К счастью, создание и развитие устройств и их систем мы можем наблюдать в технике. Возьмём, к примеру, несложную систему очистки лобового стекла автомобиля. Это бачок с жидкостью, насос, клапан, шланги, форсунки, дворники с их приводом, рычаг управления, да ещё и канал стока этой жидкости. Что характерно для этапа создания системы: все эти элементы должны разрабатываться одновременно (5) и быть согласованы между собой. Можно ли представить себе эволюционный процесс, когда в зачаточном состоянии появляются недоразвитые элементы этой системы, и вот через несколько (десятков, тысяч…) поколений шланг от бачка уже начинает дотягиваться до форсунок (6)? Так почему же мы должны верить дарвинистам, утверждающим, что система очистки глаза возникла именно эволюционным путём? Ведь эта система включает те же элементы: железу для вырабатывания слёз, «шланги» от этой железы до глазного яблока, веки-«дворники» с мышцами и слёзный канал для слива отработанных слёз в носоглотку!

Принципиально новые устройства долгое время существуют в виде совершенно «нежизнеспособных» опытных образцов и только потом выпускаются в «естественные» рыночные условия. Но и на начальной стадии серийного производства ставится задача не выживания этих устройств в честной конкурентной борьбе, а своеобразная разведка боем, испытания рынком. Вспомните хотя бы первые промышленные образцы цифровых фотокамер или жидкокристаллических мониторов. Только энтузиазм творцов вместе с финансовой поддержкой помогает этим гадким утятам вырастать в прекрасных лебедей. Даже новые модели традиционных устройств не сразу готовы к полноценной жизни. Конструктор авиадвигателей Николай Дмитриевич Кузнецов рассказывал нам, студентам авиационного института, что первый образец изделия работает на испытательном стенде не больше минуты. Потом его части собирают по окрестностям и пытаются понять, отчего же он развалился. От нового устройства никто и не требует, чтобы оно в своих опытных экземплярах превосходило предшественников. Процесс развития не идёт по возрастающей, где новые категории устройств с более привлекательными характеристиками появляются в тот момент, когда старые исчерпали возможности развития. Напротив, на момент появления все эти прелести существуют исключительно в голове творца (конструктора) и к реальным устройствам пока не относятся.

Если по аналогии с теплородом и эфиром принять рабочую модель «конструкторского бюро по созданию живых существ», всё сразу встаёт на свои места. «Конструкторы и исследователи» доводят живые изделия до конкурентоспособного состояния, а затем с напутствием «плодитесь и размножайтесь» выпускают на волю. Эволюционные механизмы заложены на стадии проекта. С точки зрения инженера-конструктора в пользу осмысленного проектирования существ говорит и удивительная унификация механизмов и систем у совсем не родственных видов. Например, летать умеют и птицы, и млекопитающие, и насекомые, откладывать яйца – птицы, пресмыкающиеся и некоторые млекопитающие. Мешают такому подходу к происхождению видов, на мой взгляд, два обстоятельства.

Во-первых, дарвинизм – это профессия, которую не хочется терять.

Большинство зарубежных авторов используют «объективные» методы»…, якобы уменьшающие влияние точки зрения исследователя на научный результат. Мы описываем известные нам организмы по имеющимся признакам и заставляем компьютерную программу…. Противоположная (консервативная) точка зрения не может доказать свою правоту с помощью компьютерных программ и вынуждена обходиться логикой и способностью к рассуждениям. (7)

Какая знакомая фразеология! Ох уж эти зарубежные авторы и весь их загнивающий запад! Разрушили наши институты марксизма-ленинизма, теперь и дарвинизм оказался под угрозой. Ладно ещё, у нас есть компьютерные программы, противостоящие логике, а то бы вообще труба!

Во-вторых, сторонники эволюционной теории искренне считают, что, принимая гипотезу о создания видов неким «ящиком (8)», они признают правоту религии с её сотворением мира. И в развитие классической эволюции появляется сальтационная теория (от слова сальто - прыжок), допускающая серьёзные изменения в пределах одного единственного поколения. То есть виду не надо сотнями поколений таскать в себе неработающие части будущей подсистемы, она появляется сразу и целиком. И что характерно, не по какому-то осмысленному проекту, а совершенно случайно. Всё просто: у одной особи ранее бесполого вида вдруг появился наследник в виде мальчика с «палочкой», у другой также случайно родилась девочка с «дырочкой» (и прочими компонентами половой системы), потом они случайно встретились. Здесь уже тако-ое сальто в логике. Наверное, с помощью таких сальто можно было бы построить генеалогические деревья всех рукотворных устройств и найти промежуточное звено между двухтактным и четырёхтактным двигателем. Но это уже не отделение вечно сомневающейся науки от непоколебимой религии, а прямое противопоставление веры в марксизм-ленинизм-дарвинизм вере в бога. Заметим, что ни одна настоящая наука церкви не противостоит: у них разные задачи и им нечего делить.

Как известно, главный критерий истины – это практика. И практика искусственного отбора показала, что никаких новых видов эволюционным путём получить нельзя: можно вывести собаку размером с крысу, но это всё равно будет собака. А уж о том, чтобы заставить собаку нести яйца, и вообще разговоров нет. Как можно создавать новые виды, мы пока не знаем. И лучше честно признать проблему, чем делать вид, что она решена.

Владислав Бояров


(1) Американцы вспоминаются на удивление легко. Прежде всего, это Генри Форд. Из ныне живущих: основатель Microsoft Билл Гейтс, разработчик процессора Pentium Пол Отеллини, создатель Google Сергей Брин.

(2) Григорий Остер, «Дикие тапочки»

(3) Интерполяция — в вычислительной математике способ нахождения промежуточных значений величины по имеющемуся дискретному набору известных значений.

(4) Его именем, в частности названо «число Маха», представляющее собой соотношение скорости объекта к скорости звука в воздухе.

(5) Возможно появление групп согласованных элементов системы.

(6) А всё это время система своих функций не выполняет и является балластом, на который растрачивается драгоценное пространство внутри автомобиля. И почему преимущества в естественном отборе должны быть у автомобилей с более длинным, но всё равно не работающим шлангом.

(7) Дмитрий Шабанов, «Тиктаалик и эволюция», Компьютерра: Поволжье в № 18 от 16.05.06 г.

(8) Закрытые НИИ и КБ в СССР часто называли именно «ящиками».

Искусственный интеллект от Intel: мечты и реальность

Искусственный интеллект от Intel: мечты и реальность. Статья Владислава Боярова

16-я ежегодная конференция «КОСС Плюс» – возраст зрелости

16-я ежегодная конференция «КОСС Плюс» – возраст зрелости. Статья Владислава Боярова