Samara Portal Technology, Computers

Самарский портал "Технологии, компьютеры"

19 ноября 2016 года в самарском биллиардном клубе «Клапштос» состоялась встреча с председателем комитета по стандартам Российского союза ИТ-директоров, президентом фонда «ФОСТАС» Мариной Аншиной. Встреча проходила в рамках бизнес-завтрака, организованного профессиональным сообществом «ИТ для корпоративных инноваций», при поддержке Российского союза ИТ директоров (СоДИТ), ГК Аксус и ГК Джи-Эс-Ти. Обсуждался новый стандарт профессии ИТ-менеджера, области его применения, условия и процедуры сертификации, а также рассматривалась подготовка к сертификации на конкретном примере.

Стандарт я прочитал заранее и, честно говоря, не понял его замысла. Складывалось ощущение, что авторы преследовали какие-то цели, но какие именно, оставалось загадкой. Вот, к примеру, код D, «Управление ИТ-инновациями» наивысший уровень, для соответсвия которому требуется иметь навыки «Управление знаниями с помощью ИТ (D/04.9)» и «Управление рисками инновационного отставания в ИТ (D/07.9)». Что это за критерии, как им соответствовать и, вообще – зачем это всё, я и надеялся узнать на заседании Клуба.

Марина Аншина рассказывала живо, грамотно, со знанием дела… но сначала совсем не о том. Пожалуй, ближе всего к её выступлению книга «Записки автоматизатора. Профессиональная исповедь». Слово «байки» звучит несерьёзно, английское «кейс» мне совершенно не нравится, и пусть это будут «истории». Часто совсем не связанные между собой, но все жизненные, весьма поучительные и профессиональные – те, с которыми реально сталкивается ИТ-шник и которые интересно обсуждать, поскольку финал у них если даже тянет на Happy End, то всё равно, как правило, не идеальный. Самые интересные обсуждения постараюсь коротко пересказать своими словами.

Всё как сервис. Демократизация ИТ.

Немного напомнило времена появления персональных компьютеров, когда люди, не понимающие в ИТ, считали, что времена централизованной обработки данных прошли и теперь они прямо у себя на столе в одиночку и без особой подготовки сделают то, что до этого делал отдел АСУП. Как тяжкое наследие подобных представлений мы получили кусочную автоматизацию, когда строительные сметы считаются в Estimate, бухгалтерия ведётся в 1С и одно с другим никоим образом не связано.

Аналогия в том, что доступ к облаку служба корпорации может получить, минуя собственное ИТ-подразделение, что и имеет место. И тогда о консолидации данных в единой структуре можно даже не мечтать. Появился даже новый термин «Теневые облака», а проведенное компанией Cisco исследование выявило, что для хранения критичных данных в компаниях используется в 15 раз больше облачных сервисов, чем утверждено руководством. Если по мнению ИТ-отделов в их компаниях используется в среднем 51 облачный сервис, то на самом же деле их число доходит до 730, и если менеджмент не проявит твёрдость, ситуация будет лишь ухудшаться, что она пока и делает. Год назад превышение теневых облаков над согласованными с ИТ-службой было семикратным, полгода назад — десятикратным, теперь речь идет о пятнадцатикратном. При таком росте к концу текущего года можно ожидать двадцатикратное превышение, или в среднем тысячу внешних облачных сервисов на компанию. Здесь, конечно, надо ещё посмотреть, что это за сервисы и как они влияют на эффективность и безопасность, но задуматься точно есть над чем.

В числе угроз, которые появляются в результате использования теневых облаков, главными будут невозможность интеграции данных в единую структуру и разрушение информационной архитектуры предприятия. Кроме того, вывод систем из-под ответственности ИТ-служб влечёт за собой потерю прозрачности, отсутствие гарантий доступности ресурсов и полноценного обслуживания, а в целом – потерю управляемости ИТ.

Одним из основных трендов развития ИТ была названа корпоративная мобильность. Хотя насчёт того, что к 2018 году 75% сотрудников с помощью мобильных устройств будут работать за пределами офиса, я сильно сомневаюсь. При этом хотелось бы заметить, что грань между мобильными и стационарными сегодня трудно определить: по своей производительности мобильные устройства вполне соответствуют большинству офисных задач, а способов «привинтить» стационарный интерфейс к мобильному устройству сегодня достаточно много. Последнее, и самое красивое показала компания ASUS: док станция подключается к мобильному устройству через стандартный разъём USB Type-C, и от неё же устройство получает питание. Работать же на мобильных устройствах в чистом виде совершенно некомфортно и неэффективно.

Были затронуты темы роботизации и Интернета вещей, однако на мой вопрос о границе между «обычной» автоматизацией и роботизацией никто ответить не смог. Поскольку я и сам этого ответа не знаю, продолжаю считать термин «роботизация» просто маркетинговым ходом.

Интересно было услышать о том, что термин «большие данные» не следует понимать буквально, это скорее, что-то вроде термина «Большая руда» (кстати, рекомендую прочитать, Георгий Владимов – очень хороший и уж точно недооценённый писатель).

Упоминались и 3D-принтеры, с которыми у меня связана забавная история. Несколько лет назад главный футуролог Cisco Дэйв Эванс, рассуждая, как и положено футурологам, о будущем, привёл в качестве примера такого ростка будущего настоящий турбовинтовой двигатель, изготовленный на 3D-принтере. Меня тогда сразу насторожила необычная конструкция двигателя: центробежные компрессоры и раздельные камеры сгорания на двигателях такого размера уже давно не применяются, а главное – ещё никто не располагал редуктор с винтом со стороны турбины. Опасения оказались не напрасными: это действительно был «фанерный» макет, сделанный людьми, не имевшими никакого отношения к двигателестроению.

Подробно разбирался рост зрелости договоров в условиях аутсорсинга, охватывающего всё большую долю деятельности компаний. С охранными и клининговыми компаниями ещё относительно просто, а вот договоры на ИТ-сервисы занимают в среднем по 700 страниц и здесь, похоже, требуется стандартизация. Непростой вопрос о многоуровневом аутсорсинге: должен ли заказчик знать не только генерального подрядчика, но и субподрядчиков? И до какого колена? Разумеется, в каждом случае вопрос решается индивидуально, но в принципе не мешало бы.

Рассматривался новый термин: CDO – Chief Data Officer, директор по данным. Не хотелось бы быть излишне оптимистичным, но это точно то, чего сейчас остро не хватает и одновременно в чём многие не видят потребности. А ведь объединение данных, хранящихся в разных структурах, которые используют разные программы в единое целое, не требующее конвертации – очень интересная и важная задача. Как на уровне отдельного предприятия, так и на уровне государства в целом – вот где остро нужна стандартизация. Начиная от названий улиц, которые на официальном уровне (городов, областей) не регламентированы и вместо этого приходится пользоваться классификатором, разработанным ФГУП ГНИВЦ МНС России непонятно на основании чего.

Тут мы вплотную подошли к различным аспектам стандартизации. Например, о приведении образовательных стандартов в соответствие с требованиями Росстандарта.

Или о том, что требования к компетенциям профессии расплывчаты и надо бы их конкретизировать, что нужен простой и надёжный ориентир по определению компетенции ИТ-менеджера… И вот на этом месте мне вспомнилось как во времена Перестройки нам, конструкторам, показалось, что наступили времена здравого смысла, и что за более квалифицированный труд начнут платить больше, чем за менее квалифицированным, и мы, конструктора, снарядили делегацию к директору завода. На что был дан ответ: рабочий-сдельщик (а сдельщина изначально подразумевает предельно формализованный, а значит и простой труд) перевыполняет нормы, за что и получает большую зарплату. Придумайте себе нормы, перевыполните их – тогда и начнёте получать. Самые жадные до денег (они же самые плохие конструкторы) тут же кинулись вырабатывать стандарты: сколько стоит начертить лист формата А1, да с учётом сложности задания, да с учётом заполняемости листа линиями… Я тогда не смог пересилить отвращение к этой профанации, да, честно говоря, и не пытался.

Конечно, присвоение квалификации, это не сдельщина. Но вот что настораживает. Когда разряд или категорию присваивает квалификационная комиссия предприятия, здесь всё понятно: предприятие определяет ценность работника для себя самого и готово ему платить определённое вознаграждение. Когда квалификацию присваивает бренд с мировым именем, здесь тоже всё понятно: в первую очередь это свидетельство того, что специалист может работать с решениями вендора, а если так, то скорее всего он сможет работать и с аналогичными решениями или в крайнем случае, способен их освоить. И, главное – ценность выданного сертификата определяется репутацией выдавшей его компании, её позицией на рынке. А кто будет выдавать государственные сертификаты в России? Специалисты с лингвистическим образованием или те, что окончили университет марксизма-ленинизма про горкоме КПСС? Разумеется, я не конкретно про этих граждан, они занимают слишком высокие посты для того, чтобы принимать квалификационные экзамены, а про тех, что рангом (рангами) пониже. Следует отметить, что и нынешний руководитель Росстандарта (а Росстандарт указан первым среди учредителей СДС «ИТ-стандарт») тоже не технарь (в широком смысле: физик, ИТ-шник, инженер), а юрист, который вряд ли использовал стандарты (ЕСКД, ЕСТД и пр.) в своей работе.

Когда было сказано, что компетенция, которая подлежит сертификации, это не знания, а умение решать определённый круг задач, «всё стало для нас непонятно». Потому что уровень знаний на экзамене ещё можно определить, а вот насчёт умеет ли человек решать реальные задачи – это понять можно только на практике. Лишний раз в этом убедился несколько месяцев назад, когда принимал дела: между тем, как человек рассказывал, и в каком состоянии находилось хозяйство была, как сказал бы Лермонтов, «дистанция огромного размера».

Интересно, что по словам г-жи Аншиной поначалу сертификация задумывалась ими как добровольная, но затем президент Путин повелел сделать её обязательной и теперь будто бы обратного хода нет. Однако я так не думаю. Их гипноз – наш страх. Совсем не обязательно делать то, что они от нас хотят, если это не требование закона, а только мнение наверху. Да и всемогущество Путина часто бывает только на словах, вспомним хотя бы широко разрекламированную Новороссию, которая оказалась пшиком. Как и сам термин.

Поэтому получать и постоянно повышать свою квалификацию в этой области, безусловно, нужно: в отношении ИТ наиболее справедливо звучит фраза Королевы: «Ну а здесь, знаешь ли, приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте! Если же хочешь попасть в другое место, тогда нужно бежать, по меньшей мере, вдвое быстрее!».

Александр Бердников рассказал про опыт трансформации бизнес-процессов при внедрении ИТ-сервисов на комбинате «Родник». Сразу скажу, что хотя мы так и не услышали начальника транспортного цеха, разочарования не было.

В качестве платформы для организации взаимодействия сотрудников предприятия был выбран BugTracker Mantis BT. Честно говоря, меня такой подход удивил, я в своё время руководил разработкой системы, в основе которой лежали спецификации выпускаемой предприятием продукции, и про общение сотрудников не задумывался вообще.

Что ж, у каждого свой путь, это и интересно. И вот этот переход ServiceDesk > TaskManager: в этом точно что-то есть.

Особенно понравились две графы: «требуется решить» (заполняется заказчиком) и «возможно решить» (заполняется исполнителем). Всё просто до гениальности: если исполнитель сам назначил срок, то он уж в лепёшку разобьётся, но постарается его не сорвать. С другой стороны, если заказчика этот срок устраивает, то почему бы и не согласиться: будет сделано не через неделю, а через две, зато с гарантией. Что здесь важно: асинхронность между выдачей задания со сроком «нужно» и простановкой исполнителем срока «могу». То есть сотрудники не отвлекаются на совещания, каждый делает это тогда, когда ему удобно. Конечно, если срок, установленный исполнителем, является для заказчика неприемлемым, то от совещаний у общего начальства не уйти, но перед совещанием будут поиски компромисса и некое согласованное решение (например, чтобы с заказчика не требовали в такие сжатые сроки или исполнителю добавили ресурсов для выполнения).

В любом случае, при внедрении такой системы появляются возможности планирования, отложенных напоминаний, анализа эффективности работы сотрудников, да и вообще взаимодействие становится более упорядоченным и формализованным.

Затем к этой системе подключили партнёров предприятия, которые в одних случаях являются заказчиками, в других исполнителями.

Александр сказал замечательные слова: что не бизнес пользуется ИТ-инструментами и не ИТ подстраивается под бизнес, а бизнес и ИТ стали единым целым. Пожалуй, к этому нам всем и надо стремиться.

Завершил встречу доклад основателя и владельца ГК Аксус, партнера Moscow Knowledge Office, со-основателя сообщества «ИТ для корпоративных инноваций» Максима Афонасьева «Профессиональное сообщество как дополнительный ресурс для изменений».

Лейтмотивом выступление был происходящий, по его мнению, переход от эры информации к эре знаний.

Интересно, что уже упоминавшийся здесь главный футуролог Cisco пошёл дальше (на то он, собственно, и футуролог), предположив, что за знаниями должна последовать мудрость. Я бы, может, с ним и согласился, если бы не знал, что я умнее жены и знаний у меня больше, зато она мудрее. То есть в моём представлении два этих понятия не находятся в иерархической зависимости, более того, мудрость не является следствием накопленных знаний.

Максим пояснил разницу между традиционными ИТ и управлением знаний такими формулировками:

Информационные технологии (ИТ) – методы и средства передачи, хранения и обработки информации.

Управление знаниями (Knowledge Management, KM) – это систематические процессы, благодаря которым создаются, сохраняются, распределяются и применяются основные элементы интеллектуального капитала, необходимые для успеха организации.

В качестве примера данных, информации и знаний:

X2F06EA 1030 G1

Обозначение ноутбука

Данные

Ультрамобильный ноутбук HP EliteBook 1030 G1 с диагональю экрана 13,3”, весом 1 кг

Название ноутбука с указанием характеристикам

Информация

Очень легкий (всего около 1кг) высокопроизводительный ноутбук, идеальная машина для командировок и мобильной работы.

Наконец-то НР сделал достойного конкурента MacBook Air J

Собственное мнение в отношении этого ноутбука

Знания

На мой взгляд, здесь всё спорно, хотя бы потому, что классически знания определяются как форма существования и систематизации результатов познавательной деятельности человека, здесь же мы видим оценочное суждение с которым, как мне представляется, яблочные фанаты никогда не согласятся. Тем не менее, сами попытки понять, куда движется отрасль и чего нам можно ожидать завтра для ИТ-специалистов очень важны, поэтому можно только приветствовать подобные встречи.

Сергей Курт-Аджиев: «В каждом регионе есть свой Серпухов»

Сергей Курт-Аджиев: «В каждом регионе есть свой Серпухов». Интервью Владислава Боярова.

16 ноября 2017 года в Самаре с блеском прошло nanoCAD шоу

16 ноября 2017 года в Самаре с блеском прошло nanoCAD шоу. Статья Владислава Боярова